Apple удалила приложения VK из App Store — компания говорит о санкциях, VK отрицает

25 июня 2026 года Apple без предупреждения убрала из App Store практически весь портфель приложений холдинга VK. Apple сослалась на «соблюдение санкционных правил», VK настаивает, что никогда не фигурировала ни в одном санкционном списке.

Утром 25 июня 2026 года пользователи iPhone и iPad обнаружили, что из App Store исчезли «Дзен», VK Video, VK Мессенджер, VK Music и VK Знакомства. Приложение «ВКонтакте» поначалу оставалось доступным — примерно до полудня по московскому времени. Затем пропало и оно. Следом за ними из магазина ушли «Одноклассники», «Почта Mail» и образовательный сервис Skillbox, также принадлежащий холдингу.

Удаление произошло без какого-либо уведомления со стороны Apple — это VK подчеркнула в нескольких заявлениях. Уже установленные приложения продолжают работать, однако скачать или обновить их через App Store больше нельзя. Практическое следствие, на которое указала сама компания: пользователи перестанут получать push-уведомления о сообщениях и событиях — функция, завязанная на инфраструктуру Apple.

Два объяснения произошедшего несовместимы друг с другом.

Apple в ответ на запрос Би-би-си сообщила, что удаление связано с «соблюдением санкционных правил», и добавила, что «соблюдает законы юрисдикций, в которых работает». Никаких подробностей — о том, какие именно санкционные требования были задействованы и какой регулятор их выдвинул, — компания не предоставила.

VK категорически с этим не согласна. В пресс-службе холдинга заявили: «VK никогда не находилась под санкциями и не фигурировала в санкционных списках, что подтверждают многочисленные заключения международных и американских юристов. Официальные заключения юристов и вся необходимая информация давно находятся в распоряжении Apple. Тем не менее Apple без предупреждений в одностороннем порядке удалила приложения VK».

Это не первый подобный случай. В начале июня из App Store исчез мессенджер Max — тоже продукт VK. Тогда Apple объяснила удаление санкциями, не уточнив, о каких именно ограничениях идёт речь.

Реакция российских властей последовала быстро и была выдержана в едином тоне.

Министерство цифрового развития квалифицировало произошедшее как «политически мотивированное» и сообщило, что не получило от Apple никакого обоснования со ссылкой на санкционные требования. Первый заместитель председателя комитета Государственной думы по информационным технологиям Горелкин назвал удаление «информационной войной против РФ» и призвал не апеллировать к «эфемерным санкциям» — по его словам, VK в санкционных списках не значится. Официальный представитель МИД Мария Захарова охарактеризовала решение Apple как «циничный акт политической цензуры».

Все три формулировки появились практически одновременно и воспроизводили один и тот же тезис: санкционного основания нет, значит, мотив — политический. Ни одно из этих заявлений не содержало опровержения по существу позиции Apple, которая к тому моменту ещё не была публично обнародована — компания ответила на запрос Би-би-си уже в ночь с 25 на 26 июня.

Ситуацию осложняет то, что и сам санкционный режим в отношении российского IT-сектора устроен непросто. Формально VK как юридическое лицо действительно не внесена в SDN-список Министерства финансов США. Однако санкционные программы США и ЕС предусматривают ограничения не только на прямые транзакции с включёнными в списки компаниями, но и на операции с лицами, которые могут рассматриваться как аффилированные с ними. Публичного разъяснения того, по какому именно основанию Apple квалифицировала свои действия как «соблюдение санкционных правил», на момент публикации не существует.

Иными словами, разрыв между позицией VK и позицией Apple может быть не столько фактическим спором о том, есть ли компания в каком-либо списке, сколько расхождением в интерпретации: одна сторона опирается на формальное отсутствие записи в реестре, другая — на собственную юридическую оценку рисков, которую она публично не раскрывает.

Параллель с историей мессенджера Max важна по другой причине. Тогда Apple также не объяснила, о каких санкциях идёт речь, — и ситуация осталась неразрешённой. Нынешнее удаление охватывает несопоставимо больший пласт аудитории: «ВКонтакте», «Одноклассники» и сопутствующие сервисы — это ежедневная инфраструктура для десятков миллионов пользователей на территории России.

Это меняет политический вес происходящего. Если в случае с Max речь шла о мессенджере, у которого есть конкуренты, то сейчас затронута экосистема, альтернативы которой в российском сегменте App Store фактически нет. Именно поэтому официальные заявления немедленно сдвинулись в сторону риторики о «цифровом суверенитете» и информационной войне — лексика, которая в России традиционно предшествует регуляторным ответным мерам.

Что именно последует — ни в одном из публичных заявлений не уточняется. Минцифры ограничилось оценкой, не анонсировав конкретных шагов. Горелкин — риторикой, не назвав механизмов. Что Apple ответит на прямые запросы российских регуляторов (если они последуют) — неизвестно.

Пока VK и Apple публично придерживаются взаимоисключающих версий, российские пользователи iPhone смотрят на иконки приложений, которые больше нельзя обновить.