«Ажиотажный спрос»: как Россия объясняет топливный кризис, затронувший 30 регионов

С 22 по 25 июня 2026 года ограничения на продажу бензина были введены в не менее чем 30 субъектах РФ. Власти объясняли их «ажиотажным спросом», не называя его причину — удары украинских беспилотников по нефтеперерабатывающим заводам.

Одни и те же слова в десятках регионов

«Во избежание искусственного ажиотажа на заправках и спекуляции» — именно так губернатор Омской области Виталий Хоценко объяснил введение лимитов на продажу бензина. Не более 40 литров на машину в черте города, 80 литров дизеля, 200 — на трассовых заправках. Только в бак, канистры — под запретом.

Почти дословно то же самое в те же дни сказали губернаторы Саратовской, Тюменской, Новосибирской, Курганской, Белгородской, Курской и Брянской областей. Губернатор Липецкой области Игорь Артамонов попросил жителей «не закупать топливо впрок». Минпромторг Тверской области отчитался, что «провёл работу» с руководством сетей АЗС. Александр Хинштейн в Курской области написал: «Запас топлива в регионе достаточный. Ситуацию держу на постоянном контроле».

Ни один из них не назвал причину, по которой возник этот самый ажиотаж.

К утру 22 июня — понедельника — о перебоях с топливом сообщали уже в Тверской и Липецкой областях. В Твери жители жаловались на ограничения в 20–30 литров в одни руки; местный Минпромторг называл это «временными перерывами из-за повышенного спроса». Московская область заверяла, что «бензина и дизеля достаточно» — и тоже объясняла точечные перебои «повышенным спросом в конкретных районах».

К тому моменту ограничения уже действовали в куда большем числе регионов. Независимое издание, ссылаясь на читателей из Благовещенска и Свободного, фиксировало запрет на продажу бензина в канистры в Амурской области. Министерство ЖКХ региона объяснило запрет необходимостью «предотвратить спекуляции и не допустить искусственный ажиотаж среди населения» — при этом уточнив, что заправляться «до полного бака» по-прежнему можно без ограничений.

В аннексированном Крыму картина была иной: 21 июня продажа топлива гражданам была прекращена полностью. Бензин отпускается только автомобилям государственных служб.

За последующие трое суток ограничения распространились с запада на восток страны с поразительной скоростью.

22 июня — Тверская, Липецкая, Омская, Иркутская, Саратовская, Амурская области.

23 июня — Воронежская, Новосибирская, Пензенская, Тюменская, Белгородская, Курская, Брянская области. Нижний Новгород и Дзержинск зафиксировали полное исчезновение бензина с заправок. Во Владивостоке введён запрет на продажу в канистры.

24 июня — Курганская область, Ханты-Мансийский автономный округ, Санкт-Петербург, где официальные лица об ограничениях при этом не сообщали — только читатели, которые не могли залить больше 30 литров на заправках «Тебойл» и «Лукойл».

25 июня — ЯНАО, Адыгея, Ульяновская, Вологодская области. К этой дате РБК насчитал ограничения в 30 регионах.

Сам характер ограничений везде похож до степени смешения: 40 литров бензина на автомобиль в городе, 80 литров дизеля, 200 — на трассах. Формулировки губернаторов — про «ажиотаж», «спекуляции» и «достаточные запасы» — воспроизводятся с точностью, которая не оставляет сомнений в единой вертикали управления нарративом.

23 июня вице-премьер Александр Новак доложил Владимиру Путину, что ситуация на топливном рынке «сложная», но «контролируемая». Кремль подчеркнул, что «механизм координации с нефтяными компаниями существует». Рассматривается полный запрет на экспорт дизельного топлива.

В тот же день Федеральная антимонопольная служба запретила «Авито», Ozon и Wildberries принимать объявления о продаже топлива — как объяснило ведомство, ради борьбы со «спекулятивной перепродажей». В отношении трёх компаний, подозреваемых в сговоре, возбуждено антимонопольное дело.

Независимое репортажное покрытие и государственные объяснения расходятся в одном принципиальном пункте.

Независимые журналисты прямо связывают кризис с ударами украинских беспилотников по объектам нефтяной инфраструктуры в мае и июне. В их числе — Московский нефтеперерабатывающий завод в Капотне, атакованный 16 и 18 июня, Саратовский НПЗ (несколько ударов), Тюменский НПЗ. Reuters, ссылаясь на источники в отрасли, сообщило, что производство бензина в России в июне сократилось на 25% по сравнению с июнем 2025 года, а морской экспорт нефтепродуктов в первой половине июня упал примерно на 15% относительно мая.

Региональные власти не отрицают сам факт ударов — в ряде случаев губернаторы сами о них упоминали. Но в официальных объяснениях дефицита эти удары не фигурируют. Примечательна ремарка в репортаже об Омской области: и в Омске, и в Саратове есть собственные НПЗ. Саратовский атаковали неоднократно. Омс��ий — пока нет: до него от контролируемой Украиной территории почти 2500 километров. Режим «беспилотной опасности» в Омской области объявляли лишь однажды — в первой половине июня. Тем не менее лимиты в Омске такие же, как в приграничных областях.

Это либо означает, что цепочки поставок затронуты глубже, чем следует из географии ударов, — либо что ограничения вводятся превентивно, по единому шаблону, вне зависимости от реальной ситуации на местах.

Губернатор Вологодской области Георгий Филимонов 24 июня сообщил, что «Лукойл» ввёл лимиты на топливо по всей России — то есть речь идёт не только о региональных решениях, но и о корпоративной политике крупнейших сетей АЗС.

На заправках «Роснефти» в Белгородской области запрещена продажа в канистры (кроме приграничных). «Газпром нефть» там же приостановила продажу АИ-95 «до пополнения оперативных запасов». В Воронежской области лимиты ввели на всех заправках «Лукойл» разом.

Параллельно в Санкт-Петербурге — городе, не граничащем с зоной боевых действий и не имеющем атакованных НПЗ поблизости — читатели фиксировали ограничения на нескольких сетях. Официальные заявления петербургских властей при этом отсутствовали.

Саратовский губернатор Роман Бусаргин — один из немногих, кто дал развёрнутое объяснение. В его заявлении говорится:

«На протяжении последних дней фиксируется высокий спрос на бензин всех марок, что создает дополнительные нагрузки на функционирование логистических цепочек. При этом покупки в абсолютном большинстве случаев ведутся со значительным запасом сверх реальной потребности […] Эта вынужденная мера необходима в целях снижения необоснованного ажиотажа и возможных спекуляций на топливном рынке».

Ограничение в Саратовской области — 30 литров на машину — введено с 23 по 30 июня. Причины «высокого спроса» в заявлении не называются.

Власти всех регионов, введших лимиты, уверяют, что топлива достаточно. Если это так — непонятно, почему ограничения расширялись каждый день на протяжении четырёх суток и к 25 июня охватили треть субъектов федерации.

Ограничение в 30 литров на машину в Саратовской области истекает 30 июня.