Экономист Банка Эстонии: все парламентские партии причастны к росту госдолга

Экономист Банка Эстонии Каспар Оя проанализировал вклад каждой парламентской партии в структурный дефицит государственного бюджета. Результаты показывают, что наибольший дефицит был накоплен в периоды, когда у власти находились EKRE и Центристская партия. Все партии признают, что бюджет необходимо сбалансировать, однако расходятся в методах.

Экономист Банка Эстонии Каспар Оя провёл анализ государственного бюджета страны за длительный период, охватывающий правление различных политических сил. Исследование показало: несмотря на то что оппозиция возлагает ответственность за глубокий дефицит исключительно на нынешнее правительство, в действительности рост долговой нагрузки — результат решений всех партий, представленных в Рийгикогу.

Кто внёс наибольший вклад

Наибольший структурный дефицит был накоплен в период нахождения у власти EKRE — 2,7% ВВП — и Центристской партии — 2,3% ВВП. Из оппозиционных партий далее в списке следуют Isamaa с 0,65% и Социал-демократическая партия с 0,47%. Правящие партии расположились ниже: Eesti 200 — 0,92%, Партия реформ — 0,41%.

По словам Оя, структурные проблемы бюджета начались задолго до пандемии. «В 2015 году был последний структурный профицит. До этого бюджеты Эстонии постоянно были в структурном профиците, а начиная с 2017 года дефициты стали постоянными», — заявил аналитик. Он также отметил, что низкий государственный долг создавал соблазн для расходов: «Казалось довольно заманчивым его увеличить, но такие разовые увеличения теперь превратились в долгосрочные расходы».

Партийные оправдания

Политики, в свою очередь, представили собственные объяснения. Председатель Isamaa Урмас Рейнсалу сослался на общеевропейский контекст пандемии: «Этот выбор сделали, по большому счету, все европейские страны. Это была неизбежная сопутствующая ситуация, с которой столкнулась и Эстония».

Член Рийгикогу от Центристской партии Андрей Коробейник признал вклад своей партии в дефицит, однако заявил, что принятые тогда решения привели страну к 2021 году в лучшем состоянии, чем до начала пандемии COVID-19. «Что всегда можно было бы делать смелее, так это строить крупные объекты именно во время экономического спада. Но обычно на это не хватает решимости», — сказал он.

Лидер EKRE Мартин Хельме оспорил цифры, приписанные его партии: «В 2021 году дефицит составлял около 700 миллионов. Эти 700 миллионов добавились благодаря дополнительному бюджету, который приняли Кая Каллас и Юри Ратас в апреле 2021 года. Я отказываюсь соглашаться с тем, что я каким-то образом испортил финансы Эстонии за один год».

Пути выхода из кризиса

Несмотря на разногласия в оценках прошлого, все партии сошлись в одном: продолжать в том же духе невозможно. Считается, что сбалансировать бюджет удастся примерно за восемь-десять лет. Однако конкретные рецепты кардинально расходятся.

Хельме выступает за решительное сокращение расходов и одновременное снижение налогов — НДС, подоходного, акцизов, а автоналог предлагает отменить вовсе. Коробейник, напротив, настаивает на введении новых налогов — на сверхприбыль банков, цифрового налога для крупных IT-компаний и прогрессивного подоходного налога — в сочетании с сокращением государственного сектора.