Магистерская работа: таллиннские подвалы могут служить и игровой комнатой, и укрытием

Магистр по интерьерной архитектуре Эстонской академии художеств Герт Кристьянсон пришёл в своей магистерской работе к выводу, что укрытие в жилом доме должно быть повседневно используемым общим пространством, а не запертым подвалом. Опираясь на опыт Финляндии, он рекомендует интегрировать убежища в жилую среду — в виде спортзала, игровой комнаты или места для вечеринок. Повседневное использование гарантирует, что помещение будет ухоженным, знакомым и готовым к применению в случае кризиса.

Свежеиспечённый магистр интерьерной архитектуры Эстонской академии художеств Герт Кристьянсон пришёл в недавно защищённой магистерской работе к выводу, что укрытие в жилом доме не должно быть тёмным подвалом, открывающимся раз в год, — напротив, это должно быть одно из самых живых общих пространств дома: игровая комната, мастерская по ремонту, банкетный зал или коворкинг.

Повседневное использование — ключ к решению

По словам Кристьянсона, нынешний подход к укрытиям проблематичен: помещения заперты, жильцам незнакомы и активируются лишь в чрезвычайной ситуации. «Если оно просто закрыто, оно не живёт. Важно и то, как эти пространства соотносятся с повседневной жизнью жильцов», — заявил он в программе Vikerraadio «Huvitaja».

По его оценке, повседневный контакт с помещением даёт очевидное преимущество в кризисной ситуации. «Если человек уже бывал в этом помещении раньше, он и в кризисной ситуации лучше знает, куда идти и чего там ожидать», — пояснил Кристьянсон. Ухоженное и знакомое пространство означает меньше растерянности в тот момент, когда завоют сирены.

В рамках магистерской работы он провёл полевые исследования в жилых домах Таллинна. Хотя технические требования зачастую выполнялись, выявилась одна и та же закономерность: помещения были заперты, а жильцы никогда ими не пользовались. Таким образом, укрытия превратились по сути в пассивные технические помещения без какой-либо повседневной жизни.

Финский пример

Больше всего Кристьянсона впечатлил опыт Финляндии. Там убежища рассматриваются как общественные центры, которые могут использоваться как спортзал, тренажёрный зал, игровая комната или музыкальная студия — и при необходимости за считанные минуты переходят в режим убежища. Проанализировав опыт Эстонии и Финляндии, магистрант пришёл к выводу, что северные соседи являются в этой области очевидным примером для подражания.

Тема особенно актуальна для Эстонии: недавно вступили в силу новые государственные требования к обустройству укрытий. Кристьянсон не ставит под сомнение технические рекомендации Департамента спасательных работ, однако считает, что в действующие руководства следует добавить точку зрения интерьерного архитектора — то есть объяснить, как сделать эти помещения ценными и в мирное время.

Мебель служит двум целям

Совместное использование необязательно требует масштабной перестройки. Кристьянсон предлагает принцип умной многофункциональной мебели: скамейки могут одновременно служить местами для хранения, а стеллажи — сиденьями. «Это совмещение функций может доходить до очень мелких деталей: полка может быть скамейкой, а скамейка — полкой», — пояснил он.

Его дизайн-проект предусматривает четыре модели совмещённого использования для домов советской постройки: читальный зал, игровая комната, мастерская по ремонту и банкетный зал. Все они выполняют общественную функцию в мирное время, но при необходимости могут быть быстро переоборудованы в убежище.

Доверие и сообщество

В магистерской работе Кристьянсон затрагивает и социальное измерение проблемы. В ходе полевых исследований он в числе прочего посетил таллиннский жилой дом на улице Васе, где общие пространства постоянно открыты для жильцов — этот выбор снижает взаимные подозрения между соседями и укрепляет чувство общности.

Вместе с тем он указал на распространённый страх товариществ собственников жилья: если открыто говорить об укрытии, в кризисной ситуации туда могут прийти жильцы соседних домов. «Если мы не подаём пример, мы лишь усиливаем ощущение, что у других есть желание прийти в наше укрытие», — отметил Кристьянсон, добавив, что укрытия в жилых домах предназначены прежде всего для их жильцов, а открытость может побудить товарищества собственников соседних домов создавать собственные решения.

Главный вывод магистерской работы однозначен: «Лучшее укрытие — не обязательно то, у которого самые толстые стены, а то, куда люди приходят и тогда, когда никакой опасности нет».