«Марш справедливости»: наёмники Вагнера вспоминают мятеж Пригожина три года спустя

Три года назад, 23 июня 2023 года, лидер ЧВК Вагнера Евгений Пригожин поднял вооружённый мятеж против военного руководства России, вошедший в историю как «марш справедливости». Колонна численностью около 25 000 человек дошла до 200–300 километров от Москвы, после чего получила приказ повернуть назад. Бывшие наёмники делятся воспоминаниями о тех событиях — и о том, как мятеж изменил их жизни.

23 июня 2023 года вошло в историю России военного времени как один из самых неожиданных эпизодов: лидер частной военной компании Вагнера Евгений Пригожин объявил «марш справедливости» против военного руководства страны — прежде всего против тогдашнего министра обороны Сергея Шойгу. Поводом стал многомесячный конфликт из-за снабжения боеприпасами на фронте, где вагнеровцы играли ключевую роль — в особенности в боях за Бахмут. К третьей годовщине тех событий бывшие наёмники рассказали о пережитом.

«У кого тут не сорвет башню?»

Один из участников похода — ветеран спецназа, служивший в Вагнере с мая 2022 по июль 2023 года. По его словам, о предстоящем марше бойцам стало известно лишь за несколько часов до выдвижения. «Только в дороге выяснилось, что идём не на Кремль. Нам сказали: забрать Шойгу из Министерства обороны и отвезти в безопасное место. Евгений Викторович хотел задать ему несколько вопросов — не более того», — вспоминает он.

Ветеран убеждён, что причины мятежа были объективными: Пригожину пообещали снаряды для Бахмута, но привезли значительно меньше обещанного. «Его обманывали. У него люди гибнут ни за что, а поддержки никакой. Ну у кого тут не сорвёт башню?» — говорит он. Сам боец к тому времени перенёс тяжёлую контузию: граната взорвалась у ног, он ослеп и оглох на одно ухо. Несмотря на это, принял участие в марше.

Колонна прошла через Ростов, где, по словам участника, местные жители встречали вагнеровцев с едой и водой, фотографировались с бронетехникой. Полиция, Росгвардия и спецназ ФСБ колонну пропускали. Когда до Москвы оставалось около 200–300 километров, пришёл приказ разворачиваться. «У меня на следующий день был день рождения. Жалко, что не дошли», — признаётся он.

«Это было предательство родины»

Другой участник похода — бывший водитель КамАЗа, вступивший в Вагнер в 47 лет вопреки возражениям жены, — описывает атмосферу в колонне иначе. По его словам, многие понимали неоднозначность происходящего. «Все понимали, что это предательство родины. Мы же двигались не в сторону врага, правильно? Если ты идёшь против Шойгу, ты всё равно предатель родины», — говорит он.

Этот же наёмник стал свидетелем того, как по колонне открыл огонь военный вертолёт. «Под замес попала гражданская машина, там были люди, но по телевизору это не показывали. В одну секунду в нашем отряде было принято решение сбить вертолёт», — вспоминает он. Второй вертолёт был сбит ещё через несколько часов. Когда пришёл приказ разворачиваться, он почувствовал облегчение.

Разочарование и жизнь после мятежа

Третий собеседник — бывший заключённый, вышедший на свободу за месяц до окончания срока ради участия в СВО. Он оказался на учебном полигоне в Луганской области в момент мятежа и в походе не участвовал. Его разочарование касается последствий: Министерство обороны отказало ему в боевых выплатах и компенсации за ранения, сославшись на то, что его «нет в системе». «Вас у нас нет», — сказали ему в ведомстве. По его словам, депутат подтвердил ему, что все бывшие «вагнера» — персоны нон грата: «Вы предлагаете взять оружие и начать здесь убивать? Или как я должен существовать?»

Четвёртый участник событий придерживается критического взгляда на сам поход. «Это был глупый поступок. За что вообще идти? За то, что Пригожин хотел осуществить свои планы руками пацанов? Это не боевая задача. То, что ты зашёл в свою же страну и пошёл на своё же правительство, — это террористический акт», — убеждён он. По его мнению, хорошо, что колонна не дошла до Москвы: там могла начаться война в городе с мирным населением.

Белоруссия, гибель Пригожина и итоги

После остановки марша часть бойцов была переброшена в Белоруссию — в город Осиповичи у белорусско-польской границы. «К нашему приезду с нуля построили новый барак», — рассказывает один из ветеранов, добавляя, что Белоруссия «вырисовывалась задолго до марша — за месяц точно». Инструкторы обучали белорусские спецподразделения. В начале августа большинство бойцов разъехались по домам.

23 августа 2023 года, ровно через два месяца после мятежа, Пригожин погиб при крушении самолёта в Тверской области. Никто из опрошённых бывших наёмников не верит в случайность катастрофы. «Командиры никогда не ездили в одной машине, не летали на одном самолёте. А наши СМИ говорили, что они гранатой играли в самолёте», — недоумевает один из них. Другой считает, что Пригожин «выполнил свою миссию» и просто стал неудобен власти: «Двух царей не бывает».

Судьбы участников сложились по-разному. Один открыл агентство по безопасности, трудоустраивая бывших сослуживцев. Другой вернулся к мирной жизни — к внуку, даче и работе водителем. Третий после возвращения снова ушёл на войну — уже по контракту с Министерством обороны — и был ранен. По его словам, чтобы избежать участия в штурмовиких, нужно платить командирам: «А зачем мне свои деньги отдавать? Лучше сразу пойти в штурмовики».