Почему Украина идёт на конфликт с Белоруссией и может ли это сблизить Минск с Москвой?

Президент Украины Владимир Зеленский предъявил Белоруссии ультиматум: Минск обязан в течение недели демонтировать ретрансляционное оборудование, используемое для координации российских дроновых ударов по Украине. Исследователь Восточной Европы Балаж Ярабик анализирует для Carnegie Politika, почему Украина резко ужесточила политику в отношении Белоруссии и какие риски это несёт. Ключевой вопрос — будет ли будущий европейский порядок безопасности строиться на долгосрочном сдерживании России или на управляемом сосуществовании.

Отношения Украины и Белоруссии летом 2026 года вступили в новую напряжённую фазу. Президент Владимир Зеленский предъявил Минску ультиматум: белорусские власти обязаны в течение одной недели демонтировать ретрансляторы, используемые для координации российских дроновых ударов по Украине. В противном случае это сделают украинские вооружённые силы.

Зеленский подчеркнул, что прежде чем прибегнуть к публичным угрозам, он предпринял «непубличные шаги по деэскалации» и предупредил Белоруссию: «Прекратите помогать россиянам».

Почему курс Украины ужесточился?

Исследователь Восточной Европы Балаж Ярабик объясняет в аналитическом материале Carnegie Politika, что резкое ужесточение украинской политики в отношении Белоруссии является не столько ответом на непосредственные угрозы со стороны Минска, сколько результатом нескольких взаимосвязанных факторов.

Главная причина — обеспокоенность Киева нарождающимся диалогом между США и Белоруссией. Администрация Дональда Трампа начала искать новые каналы коммуникации для освобождения политических заключённых и ограничения российского влияния в Белоруссии, поскольку введённые после 2020 года санкции и изоляция не принесли желаемых политических перемен. Обсуждается даже возможность личной встречи Трампа с Александром Лукашенко, которая могла бы сопровождаться освобождением более 600 белорусских политзаключённых, до сих пор остающихся за решёткой.

Свою роль играет и углубляющаяся военная интеграция Москвы и Минска. Опасения Украины усилили масштабные ядерные учения, прошедшие в Белоруссии в мае: в них участвовали как элементы российских стратегических сил, так и тактическое ядерное оружие. Хотя убедительных свидетельств постоянного размещения российских ядерных боеприпасов в Белоруссии нет, риски расширения эскалации возросли.

Новый образ Украины

Исследователь Ярабик указывает на одно важное изменение: Украина теперь видит себя активным архитектором региональной безопасности, а не просто получателем западной помощи. Это подтверждают и данные опросов общественного мнения: 40% украинцев считают свою страну одним из лидеров Европы, тогда как до войны таких было лишь 8%. Почти три четверти респондентов полагают, что украинские вооружённые силы защищают не только свою страну, но и всю Европу.

Этот сдвиг в самовосприятии усиливает стремление Киева участвовать в формировании новой архитектуры региональной безопасности — несм��тря на структурные ограничения: сохраняющуюся зависимость от западной финансовой и военной помощи, нарастающую усталость общества от войны и демографический спад.

Белоруссия как стратегический экзамен для Европы

Из анализа следует, что более жёсткая позиция Украины связана и с желанием повлиять на будущие отношения ЕС как с Москвой, так и с Минском. Киев беспокоит не столько резкий разворот в политике ЕС, сколько то, что избирательный подход к Белоруссии может стать прелюдией к более широкому пересмотру отношений с Россией.

Примечательно также усиление дипломатической активности Франции на белорусском направлении. 24 мая 2026 года по инициативе Эмманюэля Макрона состоялся его телефонный разговор с Лукашенко, которому предшествовал ряд официальных и неофициальных контактов между Парижем и Минском. Звонок был сделан накануне неформального заседания министров иностранных дел ЕС, на котором обсуждались перспективы диалога между Брюсселем и Москвой.

По оценке Ярабика, Белоруссия превращается в первый полигон для проверки двух конкурирующих стратегий: будет ли будущий европейский порядок основан на долгосрочном сдерживании России или на управляемом сосуществовании. Для Киева это экзистенциальный вопрос, и жёсткая позиция по Белоруссии — одновременно сигнал как Брюсселю, так и Вашингтону о том, какие варианты Украина считает для себя приемлемыми.